202109.30
0
1
В моей профессиональной копилке новое интересное и успешное дело. Порой невзрачные на первый взгляд дела превращаются в настоящие принципиальные схватки. Особенно это становится явным, когда твой противник такая монополия как АО Мосэнергосбыт. Это дело № А40-167941/2020 по иску АО «Мосэнергосбыт» к ООО «Ателье-проект» о взыскании задолженности по договору энергоснабжения и неустойки.

Обстоятельства просты. Проект-ателье Studio Bellissima http://studiobellissima.ru (далее – Общество) приобрело два помещения в торговом центре (далее – ТЦ) для своей деятельности. Помещения приобретались у торгового центра. Возникла необходимость заключить Обществу договор энергоснабжения с Мосэнергосбыт напрямую. Счётчики в помещениях уже стояли и предыдущий договор был заключён между ТЦ и Мосэнергосбытом. Приборы учета проверены и присоединены к сетям. Составлен акт ввода в эксплуатацию.

Когда Общество, как новый владелец, заключало договор электроснабжения, пандемия оказалась в самом разгаре. Договор энергоснабжения заключён между сторонами 16.03.2020 во время действия Указа Мэра города Москвы от 05.03.2020 № 12-УМ «О введении режима повышенной готовности в связи с распространением коронавирусной инфекции COVID-19». Доступ 26.03.2020 в ТЦ был полностью прекращён. Общество не могло обеспечить в двустороннем порядке очное снятие показаний с приборов учёта и соглашение, фиксирующее показания, к договору подписано при помощи электронной подписи без показателей счётчиков.

На этом основании АО «Мосэнергосбыт» рассчитало объем потребления расчётным способом. Общество направило в адрес АО «Мосэнергосбыт» письмо от 27.04.2020 с просьбой произвести расчёты по фактическому объёму с 26.03.2020, в связи с объявлением нерабочих дней и полным закрытием ТЦ с 28.03.2020 по 31.05.2020, подтвердив письмом собственника ТЦ. Именно закрытие ТЦ не позволило очно зафиксировать показания счётчиков и отразить их в приложении к Договору.

Помещения приобретены Обществом в декабре 2020 года, в деятельности не использовались и, более того, были опечатаны ТЦ. Казалось бы, ничего сложного. Но все это выросло в интересное противостояние.

Итак, просьба компании отклонена монополистом, со ссылкой на условия договора, что, если приборы учёта в установленном порядке в эксплуатацию не допущены, то начисление осуществляется расчётным способом, исходя из максимальной мощности энергопринимающего оборудования. Это и послужило основанием для обращения монополиста в суд с требованием о взыскании задолженности за расчётный объем электроэнергии.

Суд защитил потребителя и это очень важно.

Так, суд руководствовался доводами: во-первых, о фактическом объёме потреблённой электроэнергии и во-вторых, фактом технологического присоединения приборов учёта и их актировании, и в-третьих, что монополия располагала сведениями о показаниях приборов учёта до момента заключения договора с Обществом.

То есть, до заключения договора счётчики уже были присоединены, введены в эксплуатацию актом, номера и показания приборов зафиксированы, расчёты производились на основании показаний предыдущего собственника помещений – торгового центра. Следовательно, данные у АО «Мосэнергосбыт» были как минимум на момент сделки купли-продажи помещений ТЦ Обществу.

К сожалению, суд больше мотивов в решении не привёл, кроме того, что реальный объем мог быть установлен, так как приборы учёты введены в эксплуатацию ранее, а подписать акт о показаниях счётчиков оказалось невозможным из-за закрытия ТЦ. Этого вполне достаточно. Суд апелляционной и кассационной инстанций поддержали этот подход.

Вместе с тем важным доводом, хотя и не совсем очевидным из самого текста можно признать определение критерия, который влияет какой способ расчёта применять. Это критерий наличия прибора учёта, введённого в эксплуатацию или его отсутствие. Почему это важно?

 

Критерии для применения расчётного метода.

Так что же является критерием для подсчёта объёма электроэнергии и что является существенным для определения объёма.

В частности, как следует из п. 2 ст. 539 ГК РФ, пунктов 34. 36. 41 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утверждёнными постановлением Правительства РФ от 04.05.2012 № 442 (далее – Основные положения № 442) необходимым условием заключения договора энергоснабжения является представление потребителем (покупателем) документов, подтверждающих технологическое присоединение его энергопринимающих устройств (далее – ЭПУ) к объектам электросетевого хозяйства сетевой организации.

Законодательство в сфере электроэнергетики обязывает осуществлять расчёты за энергоресурсы на основании данных о количественном значении потреблённых энергетических ресурсов, определённых при помощи приборов учёта используемых энергетических ресурсов (п. 2 ст. 13 Федерального закона от 23.11.2009 «Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности». При этом, Правила организации учёта электрической энергии на розничных рынках урегулированы в разделе XI Основных положений № 442.      

Следовательно, определение объёма покупки электрической энергии (мощности), осуществляется с использованием приборов учёта или расчётным способом. Считаю верным, что можно говорить о двух альтернативных способах определения потреблённой электроэнергии. При этом критерием определением объёма является наличие или отсутствие приборов учёта. И при наличии приборов учёта, расчётный способ не применим.

 

Какую позицию занимало АО «Мосэнергосбыт»? Монополист усматривал нарушение пункта 152 Основных положений №442 приборы учёта в установленном порядке в эксплуатацию не допущены и в целях расчётов между сторонами не могли применяться, так как акт допуска прибора учёта с участием сетевой организации, гарантирующего поставщика и собственника энергопринимающих устройств не составлялся.

Однако, п. 152 говорит только о тех случаях, когда собственник (владелец) энергопринимающих устройств имеет намерение установить либо заменить прибор учёта.

Боле того, п. 153 делает оговорку, что процедура допуска к эксплуатации прибора учёта не требуется, в случае смены собственника прибора учёта при условии сохранения контрольных пломб и знаков визуального контроля, установленных ранее при допуске к эксплуатации соответствующего прибора учёта.

Ответчик обеспечил учёт электроэнергии при помощи приборов учёта. Более того указанные приборы учёта прошли контроль и фиксацию показателей у предыдущего потребителя электроэнергии – торгового центра, с которым Истец заключал договор на поставку электроэнергии до Ответчика.

По правилам п. 1 ст. 544 ГК РФ оплата энергии производится за фактически принятое абонентом количество энергии в соответствии с данными учёта энергии, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или соглашением сторон.

Составление акта проверки состояния прибора учёта в соответствии с положениями Основных положений № 442 не является безусловным основанием для применения к потребителю особого порядка расчёта. Тем более, что обстоятельства дела указывают на то, что Истец был осведомлён о показаниях счётчиков, так как потребителем до Ответчика вступал торговый центр, которому принадлежали помещения.

Ответчик считает, что процедура допуска прибора учёта в эксплуатацию преследует цель или, во-первых, первоначальной проверки прибора учёта при его присоединении или, во-вторых, промежуточной проверки ПУ при заключении договора с новым абонентом, который использует ПУ, уже ранее прошедший регистрацию и ввод в эксплуатацию.

В соответствии с Основными положениями № 442 определение объёма потребления электрической энергии расчётным способом может быть в следующих случаях:

1) непредставления потребителем показаний прибора учёта в срок (п. 166);

2) неисправность, утрата или истечение срока межповерочного интервала прибора учёта либо его демонтажа в связи с поверкой, ремонтом или заменой (п. 179);

3) 2-кратного недопуска к прибору учёта для проведения контрольного снятия показаний или проведения проверки приборов учёта объем потребления электрической энергии (мощности) и оказанных услуг по передаче электрической энергии начиная с даты, когда произошёл факт 2-кратного недопуска, вплоть до даты допуска к расчётному прибору учёта (п. 178);

4) отсутствие прибора учёта, если иное не установлено в пункте 179 Основных положений, вплоть до даты допуска прибора учёта в эксплуатацию (п. 181):

5) в случае выявления безучетного и бездоговорного потребления электрической энергии (п. 195, 196 Основных положений).

В этом деле ни одно из указанных обстоятельств не установлено. Общество не допускало безучетного потребления (не ставило жучки и скрутки – прим.), в работу прибора учёта не вмешивалось (не изменяло показания – прим.), искажение данных о фактическом объёме потребления не предпринимало.

Следовательно, исчисление объёмов потребления расчётным способом при наличии узлов учёта, которые введены ранее и актированы (и это важное обстоятельство – прим.), и неработоспособность которых не доказана, не может быть признано обоснованным.

Более того, дежурные службы ТЦ могли обеспечить доступ представителям АО «Мосэнергосбыт» к приборам учёта Общества даже в одностороннем порядке, подобно тому, как снимают показания в жилых домах.  

Арбитражная практика.

Подобный подход отвечает правовой позиции Арбитражного суда Московского округа, выраженной в Постановлении от 26.02.2019 № Ф05-1177/2019 по делу № А40-93754/2018.

Позднее Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в постановлении от 23.06.2020 № Ф08-3076/2020 по делу № А61-1774/2019 сделал вывод о том, что целью составления актов допуска являются проверка мест установки и схема подключения приборов учёта, состояние приборов учёта и измерительных трансформаторов, а также соответствие требованиям раздела X Основных положений № 422. И целью актирования выступают именно получение сведений о пригодности узла учёта к расчётам для определения количества фактически потребляемой электроэнергии.

Следовательно, АО «Мосэнергосбыт» в полной мере располагал сведениями о показателях, и мог установить, что фактически не понёс никаких расходов, связанных с потреблением электроэнергии Обществом.

ВЫВОД

Согласно общим принципам гражданского права никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного или недобросовестного поведения, что следует из п.4 ст.1 ГК РФ.

Каждый участник правоотношений предполагается, что действует добросовестно. Действия Общества обнаруживают добросовестные мотивы, выраженные в положительном правовом поведении, продиктованном рациональными соображениями.

В сложившихся чрезвычайных обстоятельствах федерального масштаба Общество обратилось АО «Мосэнергосбыт» с требованием об изменении условий договора, так как между сторонами существовали объективные предпосылки как, во-первых, для изменения условий договора в этой части, что допускается Правилами, так и, во-вторых, для перерасчёта объёма потреблённой электроэнергии и расчётов за неё.

Так, в результате издания актов государственной власти, ограничивающих доступ в помещения ТЦ, стороны Договора не смогли отразить данные приборов учёта и согласовать существенное условие о порядке учёта объёма электроэнергии.

При этом по правилам ст. 451 ГК РФ существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, является основанием для его изменения или расторжения. Если бы Общество могло это разумно предвидеть, то договор вообще не был бы заключён.

Обязательство по оплате задолженности из договора по правилам ст. 416 ГК РФ может быть прекращено невозможностью исполнения, в силу наступления обстоятельства, за которое ни одна из сторон не отвечает. Указанные обстоятельства в этом деле в полной мере отвечают свойствам чрезвычайности и непредотвратимой, находящимся вне разумной воли. При таких условиях Общество, как лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, не несёт ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства из договора по правилам п. 3 ст. 401 ГК РФ.

В заключение.

Не взирая на то, что подобная мотивировка не нашла своего отражения в судебных актах, тем не менее автор считает, что отказ суда АО «Мосэнергосбыт» во взыскании задолженности в полной мере отвечает этому подходу.

Хотя каждый раз хочется увидеть больше аргументов и рассуждений о праве. Пандемия – это источник для применения правила о существенном изменении обстоятельств (ст. 451 ГК РФ). Это же римская доктрина clausula rebus sic stantibus (оговорка: вещи остаются таким же). Это оговорка об освобождении от общего правила pacta sunt servanda (договоры должны соблюдаться).

 То есть это не норма, а правило, дающее одной стороне договора основания для одностороннего расторжения договора в случае серьёзного изменения обстоятельств, которые обусловливали заключение договора и его действие. Очень интересный инструмент.

Не взирая на то, что суд не указал прямо на применение этого принципа и этой нормы ГК РФ, все же считаю, что за скупыми формулировками этот способ освобождения от обязательств проглядывает вполне определённо.

Баланс интересов сторон – это не последний довод в споре. Следуя правовым позициям, нашедшим своё отражение в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 14.03.2014 г. №16 «О свободе договора и её пределах» (далее – «Постановление ВАС»), суды должны оценивать спорные условия в совокупности со всеми условиями договора и с учётом всех обстоятельств дела. Общество же, в этом споре являлось ослабленной стороной, которому требовалась защита.

Монополист не понёс никаких обременений или расходов электроэнергии. Баланс интересов сторон не был нарушен. Гражданское право исходит из равенства сторон в правоотношениях. Никто не имеет право использовать преимущество в правоотношениях. Единственным исключением из этого обстоятельства может быть только недобросовестное поведение.

В договорах с монополиями и публичными компаниями потребители чаще всего оказываются ослабленной стороной, поэтому автор делится своим опытом и надеется, что этот спор и эта аргументация окажется полезной для читателей и поможет защитить себя в будущем.

Оставить коментарий

Ваш e-mail адрес не опубликован. Исправьте отмеченные поля *